Прогуляться и ритмично подышать — глава из книги Андрея Сидерского «Третье открытие силы»

0
246

— Приёмом, который я только что тебе продемонстрировал, — сказал он, — ты сможешь воспользоваться всегда, когда тебе понадобится избавиться от любых негативных качеств или устранить нежелательные последствия каких-либо чересчур напряженных практик, не теряя при этом энергии. Никаких противопоказаний нет. Если совмещать мантру с улыбкой — слишком сложно, можно пользоваться чем-то одним — по выбору. С мантрой легче работать, улыбка несколько более эффективна. Что же касается алгоритма — тут все яснее ясного: достаточно просто прогуляться и ритмично подышать…

Публикуем главу из книги Андрея Сидерского — «Третье открытие силы» посвященную медитативной технике ходьбы «Стальное тело».

Об авторе и книге «Третье открытие силы»

Андрей Владимирович Сидерский
Дата рождения: 22 декабря 1960
Место рождения: Киев, СССР
Гражданство: Украина
Род деятельности: Украинский преподаватель гимнастики йогов, художник, автор книг, переводчик эзотерических текстов.

Перед Вами — первая большая самостоятельная работа Андрея Сидерского, достаточно широко известного русскоязычному читателю в качестве переводчика некоторых книг Карлоса Кастанеды, Ричарда Баха, Шри Свами Шивананды и Питера Келдера. Однако в значительно большей степени этот человек известен специалистам в области психофизической тренировки, йоги и боевых искусств — как в Украине, России и Беларуси, так и в Америке, Европе, Индии и на Ближнем Востоке. В «ближнем зарубежье» он известен под своим собственным именем, в «дальнем» его знают как Мастера Андрэ — единственного в мире из мастеров интегрального тренинга и прикладной психотехники, кто в полной мере владеет омнио-тренинг-технологией — уникальной по своей эффективности системой психо-энергетической тренировки, лежащей в основе дхара-садханы — мощного потокового метода осознанного интегрального самосовершенствования человеческого существа.

Увидев однажды практику Мастера Андрэ, Шри Т.К.В.Десикачар — сын, ученик и хранитель традиции Кришнамачарьи — одного из величайших мастеров йоги, учителя Б.К.С.Айенгара и Поттабхи Джойса — сказал: «Я чувствую Силу, которая исходит от этого человека. То, что он делает — просто прекрасно. Мой отец был бы в восторге!»

Для того чтобы овладеть тренинг-технологией дхара-садханы, Мастеру Андрэ потребовались годы постоянной тренировки. За это время он встречался и сотрудничал со многими выдающимися мастерами целого ряда как восточных, так и западных традиционных древних и современных направлений психофизического и психоэнергетического тренинга. Книга «Третье открытие Силы», в которой завораживающим действием обладают даже философские выкладки, — не просто написанный в неожиданной современной манере увлекательный мистический роман, но также весьма подробный отчет о некоторых этапах Пути, пройденных Мастером Андрэ под руководством одного из наиболее интересных его учителей.

Карма, дхарма и искусство считать шаги

«Если есть шаг, должен быть след…»
_В. Цой

Я молниеносно соскользнул по веревке вниз на плиту, прыгнул в воду, немного проплыл и прополоскал рот и нос, тщательно протерев пальцами язык и десны, а затем быстро поднялся наверх, и Мастер Чу вывел меня на белую грунтовую дорогу, которая тянется по степи примерно в километре от моря, следуя изгибам береговой линии.

— Теперь иди размеренно и считай шаги, — велел он. — На каждый счет — два шага: правой и левой. Отсчитывай по четыре парных шага — один, два, три, четыре, один, два, три, четыре и так далее…

Прежде, чем начать считать, я решил задать ему вопрос, возникший у меня тогда, когда он рассказывал о взаимных подключениях при наблюдаемой тренировке:

— Дхарма, ведь это, насколько я понимаю — что-то вроде предназначения человека на Земле? Своего рода космический долг? Так?

— Долг? — Мастер Чу резко остановился и, удивлённо приподняв брови, уставился мне прямо в глаза. — Кто сказал, что дхарма — это долг? НИКТО НИКОМУ НИЧЕГО НЕ ДОЛЖЕН… Предназначение — в этом что-то есть. Теплее, скажем так… А вообще-то, дхарма — это предпочтительная функция. То, что определяет функциональную избирательность и естественное для той или иной человеческой энергетической структуры направление оптимизации и развития. Каждый человек — уникален. И в Мире есть только одно-единственное дело, которое он может делать лучше, чем кто бы то ни было другой. И только он один может сделать это дело так, как оно должно быть сделано — на уровне искусства. И именно ему как раз это дело в данном конкретном варианте его исполнения нравится больше всего на свете. Он может делать вид, что продирается сквозь дебри страдания, что его занятие ему осточертело, но при каждой малейшей возможности непременно к нему возвращается, и не знает, куда себя деть, если приходится заниматься чем-нибудь другим. Потому что его энергетическая структура ориентирована именно на такой режим проявления. Я не имею в виду только работу или социальное функционирование. Делом может быть все, что угодно — любовь, война, преступление, благодетельствование, лень, возведенная в ранг великого искусства околачивать плодовые деревья известной частью физического тела, умение особым образом разглядывать звёздное небо, способность слышать то, чего тебе не говорят, стремление всегда поступать наоборот или наперекор, устойчивая тяга к неприятностям… Все, что угодно. Ведь все мы здесь — только точки функциональной концентрации самоосознания Единого. Дхарма — способ саморегуляции Его проявленного Бытия. С помощью придания энергетическим структурам, в которые оформлены различные точки концентрации Его самоосознания, различных функциональных характеристик, Единое уравновешивает и регулирует проявленное, создавая в нем ту самую гармонию Мира, которая «не знает границ». Тем самым поддерживается на должном уровне интенсивность тотальной войны — универсальной борьбы противоположных тенденций и устремлений. Результатом тотальной войны является новое качество осознания. Вся эволюция жизни — это эволюция войны — борьбы за энергию и, как итог, — борьбы за осознание. За новое его качество, за его упорядоченность. Противоположности взаимно определяют существование друг друга, без одного не может быть второго. Но устойчивое преобладание одной стороны — не важно, какой — добра или зла, белого или чёрного, созидания или разрушения — приведёт к коллапсу. Преобладание созидания, например, в итоге выльется в фатальный застой, преобладание разрушения — понятно, во что… Потому Единому требуется, чтобы в Нем, коль скоро уж сформировано проявленное бытие, присутствовало как можно больше всего, и по возможности — в постоянном динамическом равновесии и феерическом разнообразии. В конце концов, ведь смысл существования множества точек концентрации осознания, то есть множества живых существ — в их соревновании, в их борьбе не на жизнь, а на смерть, за наращивание упорядоченного самоосознания. И в каждый следующий круг этой вселенской игры иллюзий выходят те, которые действуют наиболее осознанно и эффективно. Остальные уничтожаются и накопленная ими энергия распределяется в пространстве, чтобы стать доступной тем, кто вступает в игру. Опять-таки, мы уже говорили о том, что накопление упорядоченного самоосознания в одном центре — вещь невозможная. На каком-то этапе наиболее эффективно осознающие существа начинают формировать упорядоченное системы и сети энергетических структур — магические кланы, ордена Рыцарей Духа, линии мастеров, Учителей, ну, и всякое разное тому подобное. Названий и типов подобного рода формирований — масса, суть, однако, всегда одна и та же — поиск наиболее радикальных способов упорядочить и систематизировать накопленное осознание, сохранить завоеванную энергию, накопить новую энергию, трансформировать ее в Силу, в ещё большей степени развить сознание и обрести новые аспекты самоосознания — теперь уже не индивидуального, а системного. Впрочем, каждый, кто входит в подобного рода систему, выигрывает и как индивидуальное самоосознающее существо. Ведь в пределе любое самоосознание тождественно самоосознанию Единого. Кстати, именно поэтому каждая целостная структура, обладающая упорядоченным самоосознанием, имеет во Вселенной как бы «один решающий голос». Ты как индивидуальное существо — один голос, каждый из тех, кем составлена, например, твоя магическая сеть — один голос, вся магическая сеть в целом — один голос, клан, являющийся конгломератом нескольких магических сетей — один голос, совокупность самоосознаний всех существ планеты — тоже один голос, совокупность планетарных самоосознаний звездной системы — один голос, совокупность системных самоосознаний галактики — один голос, ну, и так далее… Вплоть до Единого, голос которого равен голосу каждого из входящих в Него индивидуальных существ. Этот принцип отображён в нумерологии, где единицы десятков, сотен, тысяч, миллионов и так далее лихо приравниваются по значимости к единицам собственно единиц и суммируются с ними так, словно то, что десятки, сотни, тысячи и миллионы составлены индивидуальными единицами, не имеет ровным счётом никакого значения. Для Духа важна сама по себе упорядоченность самоосознания, а её уровень — это уже дело десятое. Любая система и сеть — не более чем этап игры, ибо в конце концов остаются лишь индивидуальные существа, тождественные друг другу и Единому, и отличные друг от друга только тем, что каждое из них представляет собой отдельную точку восприятия Единым самого себя, отдельный Его на самое себя взгляд. На этапе же объединения в сеть, индивидуальные существа воспринимают и осознают себя отделёнными субъектами, которые соединились в некоторую систему и выполняют в ней различные функции. Если все будут одинаковыми, система обречена. Поэтому разнообразие дхармических функций живых, то есть осознающих, существ поистине непостижимо. Причём, если что-то является дхармой данного индивида, это вовсе не значит, что он будет в этом деле непременно мастером. Все может оказаться совсем даже наоборот. Может быть, его дхарма — быть в чем-то — или во всем — неумёхой и вечным дилетантом. В конце концов, искусство проваливать на корню любое дело, за которое берёшься — тоже совершенно необходимая в этом мире — в известной концентрации, разумеется — уникальная способность, которая вполне может быть дхармической.

— Хорошо, — сказал я, — с долгами, вроде бы, все ясно, но тогда возникает вопрос: что такое карма? С энергетической точки зрения…

Он шёл всё дальше и дальше вперёд по белой меловой дороге, подставив лицо лучам солнца. Я шагал рядом с ним.

— Карма? — он на мгновение задумался. — Карма — это код.

— Код? Какой код? Код чего?

— Предпочтительных реакций… В отличие от дхармы, которая является, так сказать, сущностной характеристикой, карма — это нечто, связанное с личностью. Код индивидуальной энергетической наследственности, что ли. Когда обычный человек умирает, он не имеет никакой возможности сохранить свою энергетическую структуру. Она рассеивается. Сознание, в ней воплощённое, необратимо разрушается. Но не осознание. Глупо было бы заставлять новую личность, в которой воплотится данный центр концентрации осознания, ещё раз проходить через те же самые жизненные коллизии и нарабатывать те же самые аспекты осознания. Закон эволюции — неуклонное развитие осознания, превращение его из распределенной потенциальной возможности в проявленный факт упорядоченной системы. Там, куда все это стремится, находится Великий Предел — Тай Цзи — в котором все потенциально возможное распределённое в пространстве Мира осознание трансформировано в полноценно упорядоченное самоосознание Единого. Правильно?

— Ну…

— Фактически Великий Предел недостижим. Но в какое-то мгновение Вечности индивидуальное существо все же его достигает, чтобы тут же слиться с Единым, стать Им, не утратив при этом индивидуального самоосознания. Это — бессмертие. Когда твоя воля и Воля Единого — одно, ты можешь все во всех мирах. По своему выбору ты можешь собрать и разобрать любую абсолютно функциональную энергетическую структуру в какой угодно из сфер бытия, можешь поддерживать её существование сколь угодно долго в соответствии с собственным выбором, который становится выбором Единого.

— А Великий Предел?

— А что — Великий Предел? Великий Предел — это игра иллюзий, Великая игра восприятия Единым самого себя. Проявленное и непроявленное находятся в вечно мгновенном динамическом равновесии, сосуществуя сейчас и здесь и перманентно друг в друга перетекая. Мир — это игра качеств, оформленная количественными характеристиками. В действительности же за этим ничто не стоит. Восприятие и осознание — то, что реально существует. Остальное — иллюзия…

Он резко замолчал, поймав себя на том, что в очередной раз отклонился от основной темы.

— Давай-ка вернёмся к карме, — сказал он. — Если каждый раз тратить время жизни на одно и то же, никакого развития осознания не будет. Поэтому Единое фиксирует результаты жизни конкретной личности в центре самоосознания, воплощением которого она была. И следующая личность, которой «обрастает» данный центр, проходит ранее пройденные предыдущей личностью этапы очень быстро, естественным образом развивая энергетическую структуру по отработанной схеме. А схема эта разворачивается на основании кода, которым является карма. За счёт этого предметом исследования в настоящей жизни становятся те аспекты Мира, которые не были изучены и оформлены в виде осознания в предыдущей. То, что когда-то было осознано, не вызывает интереса или не попадает в поле жизненной необходимости — так это проявляется. Поле жизненной необходимости — тебе понятно, что я имею в виду?

— Да.

— О’кей. Если человек в предыдущем воплощении руководствовался личностным желанием, диктующим тягу к наслаждению — этот механизм мы с тобой уже когда-то рассматривали — в следующей жизни тенденция усугубляется. Человека обуревает неодолимое стремление испытать доселе не испытанные и не осознанные удовольствия. Самоосознание при этом почти не накапливается, поскольку восприятие им самого себя замыкается на личностном уровне, то есть в сознании. В программе, а не в пользователе. Пользователь — Дух — не получает почти никаких сигналов, кроме тяги к наслаждению. Процесс практически неконтролируем. С каждым новым воплощением ситуация усугубляется. Закон Вселенной — война. Невозможно удовлетворить поток желаний, не встав ни у кого на пути. Отсюда — страдание. Все очень просто. В промежутках между воплощениями страдание становится невыносимым, поскольку тяга к наслаждениям делается абсолютной — кроме неё нет вообще ничего, она заполняет всю сферу самоосознания, сконцентрированного в данном центре, а энергетической структуры — средства реализации желаний — нет. Если ничто кардинально не изменяется в каком-либо из воплощений, то есть, если человек не изменяет своей привычки делать определённый выбор, ситуация усугубляется ещё больше. Это — ад. С каждым новым воплощением энергетическая структура становится все более примитивной, пока, наконец, не деградирует окончательно, лишаясь возможности быть человеческой. Возврат в животное состояние — шанс, поскольку у животных нет индивидуального самоосознания, а имеется только видовое, и процессы регуляции накопления самоосознания мало зависят от личного выбора, который в случае человеческого существа определяет все. Хотя в большинстве случаев инерция деградации настолько сильна, что процесс продолжается и в животном царстве, и в конце концов Единое уничтожает данный центр самоосознания, формируя взамен него новый — «чистый», который начинает восхождение с самого начала.

— Начинает откуда?

— Откуда-нибудь из низших слоёв растительного мира, я думаю. Хотя точно не знаю.

Некоторое время мы шагали молча.

— С другой стороны, — продолжил он после паузы, — тот, кто в жизни руководствуется не личностным желанием, а намерением, исходящим от пользователя — Духа — а Его намерение всегда продиктовано стремлением к самоосознанию — фиксирует все накопленное за жизнь осознание в кармическом коде, и в следующий круг игры входит с изначально более развитой энергетической структурой, позволяющей ему решать более сложные и тонкие задачи. Это вовсе не означает, что они непременно благостны и праведны. Великий воин или гениальный негодяй тоже может быть одним из ликов эволюционирующего самоосознания, если такова его дхарма. Главное — непривязанность, искоренение желаний и замена их отрешенным намерением. «Карма йогина не окрашена ничем, она не может быть ни хорошей, ни плохой…» Это — из «Йога-Сутры» Патанджали — самой основательной работы по психотехнике йоги… С другой стороны, какой-нибудь благодетель человечества может оказаться похотливым себялюбцем, избравшим такой способ ублажения чувства собственной значительности. В Мире все отнюдь не однозначно…

— Центры самоосознания, о которых ты все время твердишь — это то, что традиционно именуют монадами?

— Да.

— Сколько их всего?

— Каждая планета, каждая система, каждая галактика имеют своё количество.

— Оно как-то изменяется? В течение обозримых промежутков времени?..

— Не думаю.

— А через сколько воплощений в среднем проходит каждая монада, прежде, чем достигает Великого Предела?

— Никто не знает. Единицы из мириадов и мириадов достигают Его. Большинство находится в процессе вечной трансформации друг в друга.

— И что, никакой тенденции общего развития нет?

— Ну почему же нет? Есть… Но сколько мутаций должно произойти, прежде, чем кардинально изменится вид? И какой процент всех мутаций даёт, так сказать, полезный выход?.. Здесь — то же самое. Уровень несколько другой, основной управляющий фактор — сознание, ну, а в общем — «что наверху, то и внизу, что снаружи, то и внутри». Ладно, солнце поднимается, скоро станет жарко. Я хочу, чтобы ты прочувствовал некоторые вещи до того, как солнечный поток станет чересчур жёстким. Начинай считать шаги…

Я последовал его указанию. Он шёл рядом и что-то напевал.

Через некоторое время я обнаружил, что мелодия его тихого пения — очень простая, но в то же время какая-то странно безошибочная по своей внутренней сути — начинает меня завораживать. Ритм её в точности соответствовал ритму моих шагов. Я посмотрел вниз и отметил, что он шагает в ногу со мной. Потом я почему-то прислушался к словам.

Научи себя видеть свободные сны
в серебристо-безмолвных полях,
где туманная гарь восходящей весны
скрыла занятых в главных ролях.
Тени крашеных лун сквозь небесную рвань
янтарём заливают стволы,
кипарисы на скалах — тигровая ткань
вязкой послеполуденной мглы…

Затем последовал припев, в нём был какой-то до смешного примитивный переход, мелодический ход которого как будто взорвал меня изнутри потоком текучих вибраций пронзительного чувства одиночества и печали, в которой, казалось, не было ничего человеческого, но которая в то же время была выражением всеобъемлющего абсолютно безжалостного сострадания:

Изумрудный восход половинной луны —
это знак для начала дороги домой
по изрытым ловушками землям страны,
где нельзя ни к кому повернуться спиной…

Потом был второй куплет, он вызвал в моём сознании поток образов и воспоминаний, и почему-то — неотвязную мысль о том аквалангисте, который погиб в бухте за два дня до моего прихода:

Что рассвет принесёт — избавление дня или просто заслуженный страх?
Кто проснётся, а кто станет жертвой огня в безнадёжно запутанных снах?
Неожиданный вызов пустым временам ненавязчиво заданный сдвиг…
Изощрённо и тихо бредёт по пятам однозначно решающий миг…

И, наконец, повторившийся второй раз припев окончательно сдвинул меня в какое-то странное состояние, где не было ничего — ни одной мысли, ни одной эмоции, а только разгоравшийся солнечный свет и ритм шагов — один, два, три, четыре, один, два, три, четыре, один, два…

— Дыши, — услышал я рядом голос Мастера Чу, — полное дыхание, четыре счёта — вдох, четыре — выдох.

Он мог бы этого не говорить. Моё дыхание уже само по себе стало отслеживать ритм шагов: четыре парных шага — вдох, четыре — выдох. Я начал следить за тем, чтобы дыхание было полным и, не раздувая чрезмерно слегка подтянутый за счет легкого корневого замка живот, вливалось сразу в весь объём лёгких, начиная, однако, заполнять их снизу. Я чувствовал, как, вместе с втекающим в легкие воздухом, все моё тело заливает поток мелких электрических вибраций. Несмотря на жару, волосы на теле и на голове то и дело поднимались дыбом, отслеживая волны энергетических потоков. По коже струились полчища мурашек. Во время вдоха потоки энергии вливались в тело из земли, окружающего пространства и откуда-то из бесконечности сверху — сквозь ноги, руки и голову. С выдохом они стекались в самую середину живота и их энергия оставалась там. Живот стал тёплым, потом горячим.

Минут через пять Зы Фэн Чу сказал:

— Удлиняй выдох. Вдох — по-прежнему четыре, выдох — восемь. Вдох и выдох соотносятся как один к двум. Это — основной ритм динамического дыхания при ходьбе, если отсутствуют дыхательные паузы и задержки дыхания. Полное дыхание должно течь ровно и свободно, как волна. По структуре оно похоже на растворяющееся дыхание — вдох вливается в выдох, выдох вытекает из вдоха. Друг в друга они переходят практически совсем незаметно. Дыхание все время течёт медленно и ровно, постепенно ускоряясь от начала фазы, например, выдоха, и так же постепенно замедляясь к её окончанию. Середина динамической фазы дыхания — вдоха или выдоха — момент, в который скорость прохождения воздушной струи становится максимальной. Разумеется, относительно максимальной в пределах цикла дыхания. Вообще же дышать следует как можно медленнее, но не так, как в растворяющемся дыхании, где главное — растянуть дыхательный цикл, а возможно более полно и ритмично. Постепенно можно наращивать длительность фаз. Сперва удлинить вдох до восьми, потом выдох — до шестнадцати, затем вдох — тоже до шестнадцати, потом выдох — до тридцати двух. И так далее. Если делать сразу двухкратные увеличения длительности фаз — трудно, можно использовать промежуточные ритмы, сохраняя кратность первичному числу шагов — четырём. Четыре парных шага — это модуль данного упражнения. Естественно, очередное увеличение длительности той или иной фазы может быть сделано только после того, как предыдущий ритм полностью освоен и не вызывает никаких затруднений. Никогда не увеличивай обе фазы — выдох и вдох одновременно, в ходе одной и той же тренировки. Только по очереди и очень постепенно. Каждый ритм отрабатывается на протяжении как минимум четырёх недель. Очень важно, чтобы при практике этого упражнения не возникали неприятные ощущения в области сердца, это — опасно. Особенно при работе с очень длительными ритмами. И не стоит дышать таким образом больше, чем по пять минут дважды в день в начале освоения, и по двадцать минут четыре раза в день — когда практика станет привычной, то есть где-то через полгода-год.

Некоторое время он молча шёл рядом.

— Теперь увеличивай вдох до восьми. Равная длительность вдоха и выдоха — восемь — восемь. Этого, вообще-то, как я только что сказал, делать нельзя, но сейчас я тебе помогаю, так что не бойся.

Я не боялся, поскольку ритм «восемь-восемь» отнюдь не казался мне сколько-нибудь сложным.

— Теперь от ритма «восемь — восемь» переходи к ритму «четыре — четыре — восемь». Четыре — вдох, четыре — пауза на вдохе, восемь — выдох. Именно пауза, а не задержка — мягкая и естественная, только за счёт дыхательных мышц, без перекрывания голосовой щели. Если чувствуешь необходимость, можешь в паузе делать шейный замок. Дыши очень мягко: вдох вливается в выдох и, достигнув максимальной полноты, естественным образом останавливается, переходя в паузу, из которой, когда она себя исчерпает, начинает вытекать выдох.

Он снова замолчал.

— Хорошо, — сказал он ещё через несколько минут, — теперь раздели выдох пополам и дыши в ритме «четыре — четыре — четыре — четыре», делая при этом задержку после выдоха. Во время задержки после выдоха фиксируй голосовую щель и ненавязчиво выполняй брюшной замок — уддияна-бандху. Шейный замок, как и в паузе после вдоха — по твоему усмотрению. Уплотняй Силу в животе, нагнетай её во внутренние органы. В начале выдоха делай корневой замок — фиксируй сокращение анального сфинктера и сфинктера мочевого пузыря, напрягай мышцы тазового дна и нижнюю часть передней стенки живота, как бы выжимая содержимое таза вверх. Выдыхай в живот и в конце выдоха напрягай все мышцы живота, вдавливая Силу сверху вниз плотным напряженным нисходящим движением диафрагмы. В течение нескольких последних секунд выдоха живот должен быть как бы скован со всех сторон напряженной мускулатурой. Пусть Сила пропитывает внутренние органы, накапливаясь в них под давлением. Так, теперь расслабь живот, не отпуская корневой замок, и втяни его, подняв диафрагму — уддияна-бандха или замок живота. Подхватив корневым замком — мула-бандхой — низ брюшной полости, постепенно опускай диафрагму, равномерно сжимая внутренности мышцами со всех сторон и делая полный «бутылочный» вдох. При этом сперва наполняется низ — воздух как бы втекает в лёгкие и заливает их, подобно воде, заполняющей сосуд — от самого дна — диафрагмы — вверх до предела. Затем — снова выдох. Это — нагнетающее дыхание по малому кольцу. Вдох идёт из Земли, поднимая ТХА-поток её Силы сквозь передние половины ног вверх в промежность и дальше — вдоль спины, при максимальном наполнении захватывает в середине грудной клетки стекающиеся туда сквозь голову, шею и всю поверхность тела ХА-потоки Силы Универсума, поступающей из Бесконечности Вселенной — сверху, и ХА-ТХА-потоки, поступающие из окружающего пространства, смешивает все это, превращая в общий внутренний сбалансированный ХА-ТХА-поток, и трансформируется в выдох, который «упаковывает» ХА-ТХА-Силу в живот и фиксирует её там. Сила заполняет внутренние органы и повышает в них энергетическое давление. Уддияна-бандха — замок живота — стягивает накопленную Силу в центр силы в середине живота и ещё больше её там уплотняет, формируя устойчивое образование в виде шарика концентрированной энергии — жемчужину Силы. То, что не удалось упаковать в жемчужину, поднимается вверх вместе с кровью, которую замок живота за счёт разности давлений вытягивает из внутренних органов и направляет в грудную клетку, освобождая пространство для притока свежей крови и новой порции энергии. Одновременно восходящее всасывающее действие брюшного замка инициирует восходящий поток энергии из центра сексуальной силы в нижней части таза. Восходящий поток немного снижает энергетическое давление в пространстве центра сексуальной энергии, как бы в свою очередь освобождая и в нем место для аккумуляции свежей Силы, которая частично сбрасывается туда из живота, и, кроме того, облегчает выполнение последующего восходящего вдоха из Земли. Продолжай считать и дыши так, не сбавляя темпа ходьбы. Если почувствуешь неприятные ощущения в области сердца или под левой лопаткой — немедленно прекращай. С точки зрения техники выполнения это упражнение относится к разряду достаточно сложных. Даже для хорошо тренированного человека. Перенапряжение сердца в нем может иметь очень серьёзные последствия. Сейчас, пока я здесь, проблем у тебя, вероятнее всего, не возникнет. Но когда ты будешь тренироваться самостоятельно, неприятные ощущения в области сердца или под левой лопаткой будут означать, что нужно прекратить и сделать трёх-четырёхдневный перерыв, после чего начать все с самого начала и не столь интенсивно. Ритмы в нагнетающем дыхании усложняются по тому же принципу, что и в дыхании при ходьбе, не имеющем задержек. Начинаешь с соотношения «четыре — четыре — четыре — четыре» и по очереди увеличиваешь фазы дыхательного цикла: сначала — выдох, потом — паузу после вдоха, затем — задержку после выдоха. Итоговый базовый ритм, к которому следует стремиться — «четыре — шестнадцать — восемь — шестнадцать». То есть соотношение «вдох — пауза — выдох — задержка» — «один к четырём к двум к четырём «. Если базового ритма тебе будет мало, можешь в дальнейшем увеличить вдох вдвое и на его основе развернуть новый ритм: «восемь — тридцать два — шестнадцать — тридцать два». Но боюсь, что на это тебе потребуется несколько десятков лет. Когда будешь все это делать сам, на освоение каждого нового шага будет уходить, вероятно, от нескольких недель до нескольких месяцев. Ощущение от дыхания во всех дыхательных техниках должно быть комфортным, напряжения мышц — не резкие и жёсткие, а плавные и глубокие. Таковы критерии правильности, они же — меры безопасности. Слишком жёсткая практика нагнетающего дыхания способна просто-напросто разорвать неподготовленную энергетическую структуру, в то время как корректное его выполнение со временем кардинально изменяет её состояние. Тело становится словно выкованным из упругой текучей стали. Сейчас я покажу тебе это состояние, чтобы твоё тело могло его запомнить в качестве некоего эталона.

Пока он говорил, я дышал нагнетающим дыханием. Тело стало горячим, в животе я ощущал плотную упругую массу жужжащих высокочастотными вибрациями органов, потоки этих вибраций через нижнюю часть внутритазового пространства и промежность растекались из живота по всему телу вниз и вверх, заливая мускулатуру плотной текучестью сверкающего расплавленного металла. Минут через десять все мышцы сделались какими-то странными. Я действительно чувствовал, что они словно превратились в мощные и удивительно послушные малейшим волевым импульсам жгуты тонких и бесконечно упругих, но в то же время странно расслабленных стальных пружин. Я мог мгновенно напрячь их, сделав чугунно твёрдыми и развив при этом немыслимое усилие, и мог так же мгновенно полностью расслабить. Я больше не шёл, опираясь на ноги, я просто летел над землей, касаниями ног вытягивая из неё плотные потоки Силы и заодно придавая направление полету своего тела.

— Ну-ну, не так резво, — с улыбкой сказал Мастер Чу. — У тебя здорово получается, но твой скелет не готов к такому режиму работы мускулатуры, кости и сухожилия в местах прикрепления к костям могут не выдержать. Ты ощутил, что такое «стальное тело». Теперь ты сможешь узнать это состояние, когда доберёшься до него, тренируясь самостоятельно, и оно сделается контролируемым, то есть «твоим». А сейчас давай распределим накопленную за счёт нагнетающего дыхания Силу, сбалансировав её и заодно придав ей характеристики, наилучшим образом соответствующие вибрационной матрице твоей энергетической структуры.

— Частотной матрице?.. — торопливо поправил его я, стараясь при этом не сбиться со счёта.

— Я говорю «вибрационной», а не «частотной», — объяснил Мастер Чу, — потому что потоки Силы очень многомерны. Тем многомернее, чем более тонкому плану принадлежит конкретное проявление Силы. Мы можем описывать их только как их проекции в трехмерном восприятии. На большее наш интеллект не способен. Даже самый мощный сверхгениальный человеческий интеллект — всего лишь убогие единицы процентов функциональных возможностей человеческого сознания. Семь-десять процентов — это уже уровень общечеловеческих гениев… А ведь все описания, к сожалению, не выходят за рамки интеллекта. Говоря «частота», мы интеллектуально автоматически подразумеваем под этим термином вполне определённые характеристики процессов, протекающих в трехмерном физическом пространстве. Я не говорю о многомерных математических пространствах — в них мы можем формально описать все, что угодно, но представить себе физические эквиваленты подавляющего большинства присутствующих там вещей — увы… То же, что соответствует частоте в многомерных пространствах Мира, являет собою нечто качественно иное, чем привычная нам частота, и интеллектуальных средств для описания этого явления у нас пока что нет. Это, кстати, одна из причин, по которым большинство вещей и явлений, присущих тонким составляющим Мира, обычно описываются образным языком. Все это намного легче постигается на основе эмоциональных параллелей и фактических ощущений, без каких бы то ни было объяснений. Однако вернёмся к дыханию. Продолжай дышать в ритме «четыре — четыре — четыре — четыре», но не делай больше никаких замков. Остановки дыхания и после выдоха, и после вдоха теперь превращаются в мягкие дыхательные паузы. Струя воздуха как бы просто останавливается на время, «переворачивается» внутри и потом начинает течь в обратном направлении.

Я начал дышать так, как он сказал, и буквально после нескольких циклов дыхания во всем теле возникло приятное ощущение мягкой прохладной легкости и удивительно пустой чистоты. И в то же время каким-то седьмым или даже десятым чувством я ощущал, что где-то внутри этой чистоты что-то все-таки не так.

— Это — остатки стальной твердости, — объяснил Мастер Чу, внимательно на меня взглянув. — В общем-то — ничего страшного, но лучше, если их не будет — они плохо действуют на эмоциональную сферу. Очень многие бойцы, например, не утруждают себя тем, чтобы избавляться от них после тренировки, и в результате становятся нервными, невыдержанными и вспыльчивыми. А в итоге — проигрывают уравновешенному противнику. Или преждевременно умирают. Несбалансированная текучестью твердость смертельна. Ещё Лао Цзы об этом писал.

Мастер Чу замолчал. Я продолжал шагать, дыша в ритме «четыре — четыре — четыре — четыре».

— ОМ-ШРИМ-КРИМ-ХРИМ-ПХАТ-СВАА-ХАА, — вдруг произнёс он, следуя ритму моих шагов. — Это — универсальная мантра преобразования любой энергии в идеальную Силу. В данном случае мы используем её в качестве фильтра-модулятора. Она составлена четырьмя биджа-мантрами или ключевыми мантрами, каждая из которых соответствует определенному качеству потока Силы. ОМ — маха-биджа-мантра — великое ключевое слово, мантра, воплощающая в себе Все. ОМ — это мистическое имя Единого. ШРИМ — это мистические имя потока женской Силы, несущего в себе принципы удачи, процветания, развития. КРИМ — мистическое имя потока женской Силы, несущей в себе принцип созидания. ХРИМ — мистическое имя энергии Мира как таковой, имя Силы вообще. ПХАТ-СВАА-ХАА — служебная часть. Чтобы сделать любую мантру мощной магической формулой, ее нужно начинать словом ОМ и заканчивать сочетанием ПХАТ-СВАА-ХАА. Рабочая часть мантры или её ядро ставится между ними. Произнося «ОМ», ты мгновенно максимально расширяешь сферу активного внимания, она становится равной всей доступной тебе сфере восприятия. Произнося ядро мантры, ты выделяешь в сфере своего восприятия те аспекты Силы, которые тебя интересуют и модулируешь их соответствующим намерением. ПХАТ — слово-пресс. Им ты сжимаешь сформированный поток Силы в стрелу воли. СВАА-ХАА — пусковые слова. СВАА — ты оттягиваешь тетиву, ХАА — отпускаешь её. Многократное повторение мантры — это множество стрел в одну и ту же цель. В конце концов туда смещается все твоё внимание, и в твоём восприятии цель оказывается достигнутой. Так работает мантра.

Мастер Чу замолчал, видимо, давая мне возможность переварить эту информацию.

— Произнося мантру ОМ-ШРИМ-КРИМ-ХРИМ-ПХАТ-СВАА-ХАА, — продолжил он спустя некоторое время, — ты словом ОМ расширяешь внимание на Все, словом ШРИМ выделяешь в интегральном потоке Силы все то, что является для тебя положительным, словом КРИМ усиливаешь творческую сторону этого потока, словом ХРИМ направляешь образовавшийся в результате модулирующий поток на любые интересующие тебя энергетические формирования, а затем словами ПХАТ-СВАА-ХАА приводишь его в действие. В результате любая энергия, какой бы отрицательной, разрушительной или мерзкой Силой она ни была, преобразуется в положительную Силу, наилучшим образом соответствующую характеристикам твоей энергетической структуры. Если же ты ко всему прочему умудришься ещё и соединить мантру с внутренней улыбкой, наложенной на поток Силы…

Он замолчал.

— То что? — спросил я в паузе между вдохом и выдохом.

— То — всё, — ответил он, — мировое господство у тебя в кармане…

— А если серьёзно?

— Улыбка на два-три порядка усиливает мощь мантры.

— Любой или только этой?

— Сейчас — только этой. О других мантрах мы сегодня говорить не будем.

— А когда будем?

— Дыши… Не знаю. Когда-нибудь потом… А может быть, уже никогда… И в мантрах тебе придётся разбираться самостоятельно… Или под руководством кого-нибудь другого.

— Что-то ты темнишь… — я посмотрел на него.

— У нас с тобой осталось не так уж много времени, — равнодушно произнёс он, глядя куда-то вдаль. — Дыши.

Некоторое время мы шагали молча. Он тихо напевал, я отсчитывал шаги и ритмично дышал.

— Каждый парный шаг составлен двумя одиночными шагами, поэтому в каждом периоде ритма «четыре — четыре — четыре — четыре» имеется восемь узловых точек, — заговорил Мастер Чу. — Ведь ты отсчитываешь парные шаги, и каждый целый счёт приходится все время под одну и ту же ногу. Ты начинал считать с правой ноги… А теперь попробуй заменить счёт безмолвным мысленным произнесением мантры. Мантра ОМ-ШРИМ-КРИМ-ХРИМ-ПХАТ-СВАА-ХАА составлена семью элементами. Восьмым элементом, входящим в поток многократного её повторения, является безмолвная пауза после ХАА перед ОМ. Таким образом, когда ты используешь эту мантру для счёта шагов, каждый из её элементов соответствует одной узловой точке ритмического периода. Ты произносишь два элемента мантры на каждый парный шаг — один под правую ногу, второй — под левую. Шаг правой — ОМ, шаг левой — ШРИМ, шаг правой — КРИМ, шаг левой — ХРИМ, шаг правой — ПХАТ, шаг левой — СВАА, шаг правой — ХАА, шаг левой — пауза… И — все сначала: шаг правой — ОМ… Ну, и так далее. Ритм «четыре — четыре — четыре — четыре» соответствует четырем повторениям мантры. Первый раз ты произносишь ее, делая вдох, второй — во время паузы после вдоха, третий — с выдохом, и четвёртый — в паузе после выдоха. Таким образом, сочетание ритма шагов и мантры управляет ритмом твоего дыхания. Понятно?

Я кивнул.

— Тогда начинай произносить мантру.

Едва я приступил, как тут же по телу заструились потоки тёплых мягких вибраций, а по коже побежали мурашки.

— Хорошо, — сказал Мастер Чу. — А теперь давай упорядочим поток. Сквозь ноги из центра земли делай вдох в живот — это будет первая четверть периода — одно произнесение мантры. Пауза на выдохе — второе… Ты чувствуешь, что, хотя ты и старался вдыхать только в живот, восходящий поток заполнил все твоё тело?

Я снова кивнул. Действительно, поднявшись по ногам, ручейки вибраций не только свернулись в клубок у меня в животе, но и растеклись по всему телу.

— Произнося мантру во время паузы после вдоха, ты фиксируешь в животе то, что там есть, и не позволяешь тому, что распределилось по телу, выйти за его пределы. Теперь выдыхай, произнося мантру в третий раз. Этим выдохом ты собираешь в живот силу восходящего потока из всего тела. И последним повторением мантры — в паузе после выдоха — ты фиксируешь в животе всю ту энергию, которая поступила в твоё тело из земли за этот дыхательный цикл. Сделай ещё два таких цикла.

В конце третьего цикла дыхания я почувствовал, что поле нижнего света в животе заполнено Силой до предела, и больше ничего я туда вдохнуть не смогу. Сила восходящего земного потока была плотной, немного прохладной и темно-темно синей, однако, каким-то непостижимым образом соединяясь с мантрой, она становилась золотисто-оранжевой, и именно этот цвет преобладал теперь в моём поле нижнего света.

— Следующие три цикла из четырёх повторений мантры и шестнадцати шагов — заполнение энергией поля верхнего света, то есть головы. Принцип — тот же самый, но только делать вдох теперь нужно не из земли, а сверху — из бесконечности. Ты заполняешь голову силой нисходящего потока.

После того, как я трижды вдохнул фиолетово-пурпурную силу нисходящего потока, голова моя оказалась заполненной золотисто-белым светом с синими и голубыми сполохами.

— Ты обратил внимание на то, как мантра изменяет внутри тебя характер внешней Силы? — спросил Мастер Чу.

Я кивнул, не прекращая про себя повторять мантру:

— «ОМ-ШРИМ-КРИМ-ХРИМ-ПХАТ-СВАА-ХАА-пауза-ОМ-ШРИМ-КРИМ…»

— В течение следующих трёх циклов ты соединяешь силы полей верхнего и нижнего света посередине, наполняя энергией поле среднего света. Для этого нужно сделать вдох одновременно из земли — в живот, и из бесконечности сверху — в голову, в паузе после вдоха с помощью мантры трансформировать поступившую энергию и зафиксировать её в теле, выдохом направить потоки из живота и головы в центр грудной клетки и в паузе после выдоха зафиксировать собранную Силу в поле среднего света. Понял?

Уже начав выполнять эту манипуляцию, я утвердительно кивнул.

После третьего цикла я явственно ощутил, как три сферических поля, концентрация энергии в которых была теперь значительно выше, чем во всем остальном теле, слились в одно целое. Сначала мне не удавалось разобрать очертания этого нового триединого поля Силы, Мастер Чу ничего не говорил, и я просто шёл, продолжая повторять мантру и ритмично дышать. Но через некоторое время световое поле, охватывавшее моё тело от промежности до макушки, приобрело ярко выраженную форму вертикально вытянутого сияющего яйца. В самой верхней и самой нижней его точках были два шарика, образованные нестерпимо ярким жемчужно-кварцевым сиянием. Их соединяла друг с другом идеально прямая сверкающая нить точно такого же света. Каждый из шариков распространял вокруг себя интенсивное янтарно-золотистое свечение, которое захватывало внутреннее пространство светового яйца примерно до одной трети длины последнего, а затем плавно переходило в молочно-серебристое сияние — им был заполнен весь остальной внутренний объём яйца. Все это было охвачено плотной оболочкой ярко-золотого света — с оранжево-красным отливом в области промежности и сине-фиолетовым — возле макушки.

— Вот так, — сказал Мастер Чу. — Это — внутреннее золотое яйцо. Яркие шарики вверху и внизу — два противоположных полюса Силы, благодаря связи между которыми существует индивидуальное человеческое существо. Золотые поля вокруг них — проекции полей верхнего и нижнего света, а белый свет внутри яйца — то, что иногда называют светом души. Именно из него развивается зародыш тела бессмертного Духа…

— Почему — проекции? — спросил я очень быстро, чтобы не сбиться с ритма.

— Потому что сфера бытия, в которой существует внутреннее золотое яйцо, относится к более плотному миру, чем тот, в котором образуются собственно поля верхнего и нижнего света. Даже сияющие полюса Силы — вторичные образования — точечные зоны концентрации производных энергий полей верхнего и нижнего света.

Мастер Чу немного помолчал.

— Теперь нам нужно, так сказать, приблизиться к уровню физического тела и выровнять силовой потенциал в том слое энергетической структуры, который принадлежит пространству тонких слепков и является смежным с трехмерным уровнем физического мира. Именно на этом уровне в основном концентрируются силы отрицательных эмоций и негативных психоэнергетических воздействий. «Стальное тело» со всеми его атрибутами также принадлежит пространству тонких слепков, поэтому именно там следует искать все остаточные явления, которые могут возникнуть в системе в процессе работы с нагнетающим дыханием. Я уже когда-то говорил тебе, что в пространстве тонких слепков все то, что есть в физическом мире, имеет практически те же самые формы. И энергии концентрируются не просто в каких-либо участках пространства, а в тонких слепках вполне определённых физических объектов. Например, силы эмоций накапливаются в тонких слепках внутренних органов, сила «стального тела» — в тонких слепках органов, мышц, костей и сухожилий, ну, и так далее… Причём вибрационные характеристики сил, которые обладают негативным воздействием, скажем, сил отрицательных эмоций, не соответствуют вибрационным характеристикам потоков Силы, образующих энергетическую структуру, и, соответственно, разрушают те органы, в которых накапливаются. Например, гнев разрушает печень, страх — почки, ненависть — сердце. Верно также и обратное: накопившиеся в энергетической структуре, скажем, в результате ущербного образа жизни или некорректной практики, «неправильные» силы проявляются на эмоциональном плане сообразно тому, в тонких слепках каких органов локализуются их проекции в соответствующем пространстве. В печени — человек раздражителен и по пустякам впадает в гнев, в почках — ему свойственны депрессии на почве беспричинного страха, в сердце — его сжигает ненависть ко всем и вся…

Мастер Чу немного помолчал. Я продолжал шагать, ритмично дыша, мысленно произнося мантру и с интересом разглядывая внутреннее золотое яйцо.

— С другой стороны, — продолжил Мастер Чу, — силы положительных эмоций, накапливаясь в тонких слепках органов, дают идеальный «строительный материал» для их развития и корректного функционирования. И наоборот — «положительные», то есть гармоничные с точки зрения своих вибрационных характеристик, силы, накапливаясь в тонких слепках органов, рождают положительный эмоциональный настрой. Если речь идёт о печени, то это — доброта, о сердце — любовь и радость, о почках — мужество и благородство, о селезенке — открытость и справедливость… Наиболее полно концепция эмоционально-органического соответствия разработана в традиции даосской йоги.

Мастер Чу снова сделал паузу.

— Но самое главное в этом то, — продолжил он, — что вибрационные характеристики любых сил и энергий поддаются осознанному изменению. Ты можешь трансформировать какие угодно негативные силы в их противоположности, и это позволяет тебе «питаться» какими угодно энергиями. Достаточно всего лишь проработать тонкий слепок соответствующего органа сочетанием мантры и внутренней улыбки. А делается это следующим образом… Надеюсь, ты не потерял ритм дыхания за то время, пока я говорил?

— Нет, — сказал я.

— Хорошо. Тогда начнём со «смещения сердца в голову». Этот приём называют также приемом «соединения сердца и головы». Тебе нужно таким образом сдвинуть точку приложения своего внимания, чтобы центр взаимодействия восходящего, нисходящего и смешанного потоков Силы, то есть потоков ХА, ТХА и ХА-ТХА, оказался в самой середине головы или, на худой конец, в межбровье. Из точки межбровья легче контролировать трансформации, но из середины головы воздействие получается более мощным.

— Что я должен делать? — быстро спросил я.

— Сосредоточься на вершине золотого яйца и найди в ней на нити, соединяющей полюса Силы, точку, которая соответствует центру головы. Потом, повторяя мантру, вдыхай в эту точку. Сквозь ноги в неё поступает восходящий поток из земли, сквозь макушку — нисходящий поток из бесконечности сверху, сквозь межбровье и основание черепа — смешанный поток из окружающего пространства. Закончив вдыхать, улыбнись самому себе внутри себя и, соединив улыбку с мантрой, «наложи» их на то, что собралось в голове. Это делается во время паузы после вдоха. Я надеюсь, ты помнишь, что все время при выполнении любых практик язык должен касаться неба в одной из трёх основных точек?

— Да.

Я «зацепился» вниманием за центр головы и начал вдыхать, стараясь провести все потоки в точку сосредоточения и там их соединить. Как только мне это удалось, золотое яйцо исчезло — я перестал его воспринимать.

— Твоё внимание сместилось в более плотный слой, — объяснил Мастер Чу. — Теперь выдыхай «промодулированную» мантрой и улыбкой силу в шею и в паузе после выдоха накапливай её там.

Едва я начал делать выдох, как золотистая сила, которая перед этим собралась в середине головы в форме прозрачного кристалла, тонкой змеящейся нитью потекла вниз и начала сворачиваться в клубок где-то в середине нижней части шеи. После трёх циклов дыхания щитовидная железа и паращитовидные железы превратились в свитый тонкими спирально закручивающимися нитями рубиново-красный с голубыми прожилками шар.

— Теперь сквозь шею направляй силу улыбки в сердце. Постарайся при этом не сбиться с ритма и не потерять мантру.

Я попытался, но золотая нить не дошла до сердца, а свернулась в клубок где-то за верхней частью грудины.

— Всё нормально, — сказал Мастер Чу, — там находится тимус — вилочковая железа. Следующий шаг приведёт тебя прямо в сердце.

И действительно, в течение трёх последовавших за этим циклов дыхания золотая нить достигла сердца и свернулась в нём в клубок. Сначала этот клубок был золотым, потом он стал понемногу белеть и одновременно краснеть и в конце концов превратился в розовый цветок, похожий на белую кувшинку.

— Розовый лотос? — весело спросил мастер Чу. — А? Продолжай улыбаться сердцу, «распространяя» его на окружающее пространство. Пусть соединенная сила мантры и улыбки выплеснется из сердца и зальёт внутренние органы.

Я последовал его указанию. Цветок стал очень большим, словно внутри него возник новый бутон, а потом его лепестки золотистыми нитями потекли в легкие, которые превратились в два больших вращающихся клубка, свитых серебристо-белыми световыми волокнами с жемчужными переливами. Затем сила улыбки из сердца потекла вправо-вниз — в печень и желчный пузырь, превратив их в большой изумрудно-зеленый клубок, который был не круглым, а немного вытянутым наподобие веретена. Потом такой же клубок, но только желтого цвета, образовался под ребрами слева, охватив селезёнку, поджелудочную железу и желудок. Оба нижних световых клубка были очень большими, они пересекались друг с другом, с легкими и даже с самим сердцем. После этого соединенная с мантрой сила улыбки наполнила почки, образовав вокруг них два вращающихся шара очень чистого тёмно-синего света. И, наконец, нитеобразный поток заструился из сердца в промежность, но, не дойдя до неё, начал сворачиваться в большой и очень яркий багрово-красный шар, центр которого находился где-то на уровне верхней точки основания полового органа.

— Теперь подними красный шар вверх, так чтобы его центр оказался в пупке. А затем сожми всю силу этого шара в точку.

Сжавшись в точку, красный шар превратился в жемчужину, покоившуюся в пупочном углублении моего тела.

— Только не оставляй её там, — предупредил Мастер Чу, — а верни обратно — туда, где был центр красного шара. Это — его сила…

— Чья? — спросил я.

— Ну, дружка твоего… О нём ведь тоже нужно заботиться, как-никак — самое ценное достояние настоящего мужчины…

— Издеваешься?..

— Ну что ты!.. О’кей, теперь — кишечник… Продолжай идти и дышать, и старайся набрать полный рот слюны.

— Что дальше? — пробубнил я, когда рот мой наполнился слюной почти до отказа.

— Протри языком зубы со всех сторон и как следует прополощи их слюной… Это, кстати — прекрасная практика для предохранения зубов от разрушения. Ведь слюна для них — идеальная защитная среда… Между прочим, как там у вас в Киеве обстоят дела с зубами?

Я ничего не ответил, так как, попытайся я это сделать, слюна выплеснулась бы наружу.

— Хреново? — спросил он.

Я утвердительно кивнул.

— Радиация поражает секреторную систему и, в частности, уменьшает выделение слюны. Поэтому у тех, кто живёт в условиях повышенного радиоактивного фона, зубы разрушаются очень интенсивно. А приём полоскания рта слюной восстанавливает функцию слюнных желез. Тот, кто ежедневно практикует его раз по пятьдесят-сто — фактически, каждые пятнадцать минут — может до глубокой старости сохранить зубы в идеальном состоянии. Ладно, ты, я гляжу, вот-вот уже слюной захлебнешься, так что давай продолжим. С очередным вдохом наполни голову, в паузе «наложи» на собранную Силу мантру и улыбку, в начале выдоха «пропитай» этим всем собранную во рту слюну и со второй половиной выдоха проглоти ещё, следя за тем, как она несёт вниз по пищеводу плотный комок энергии… Есть?

Я кивнул.

— Теперь в паузе после выдоха оставь слюну в желудке, это — тоже очень полезный приём, а собранную в ней Силу распредели по всей нижней половине туловища… Можешь помочь себе движениями рук… Получилось?

Я кивнул ещё раз.

— Прекрасно, я и сам вижу. Ну, и теперь — последние шаги. Сначала нужно подготовить кости, а для этого тебе придется немножко изменить характер концентрации внимания. Сначала собери его в центре головы, а затем «разверни» этаким пространственным веером во всех направлениях и «зацепись» всем объёмом своего внимания за окружающее пространство. Теперь выдели в пространстве серебристо-белый свет, составленный мириадами сияющих точек.

Выполнив эту манипуляцию, я не без удивления обнаружил, что все пространство вокруг меня действительно заполнено роящимися серебристыми искрами.

— Вдыхай серебристый искрящийся свет прямо сквозь поверхность всего тела. Хорошо… Пауза после вдоха — пусть он, подобно туману, заполнит твое внутреннее пространство и, отдаст ему все свое сияние, сделавшись невыразительно-серым. Выдох — освободи тело от серости. И, наконец, в паузе после выдоха сделай брюшной замок — уддияна-бандху. Этим ты втянешь оставленное в теле туманом серебристое сияние в кости — как можно глубже, в самые их сердцевины. Оно должно проникнуть внутрь костей и там остаться, пропитав своим сияющим качеством ткани самих костей и, что самое главное, — костный мозг… Повтори несколько раз.

Пока я повторял, Мастер Чу молча шагал рядом. По мере того, как серебристый свет пропитывал кости, я ощущал, как в теле появляется какая-то удивительная воздушная легкость. В ней полностью и окончательно растворился неприятный осадок, остававшийся после нагнетающего дыхания.

— Всё, — сказал он, когда я закончил. — А теперь нам нужно как следует все перемешать, чтобы лишить структуры.

— Зачем это? — поинтересовался я.

— Потом объясню, — сказал он. — Сейчас нежелательно было бы упускать момент… Восстанови восприятие внутреннего золотого яйца. Для этого вдохни из земли в живот, потом — из бесконечности сверху — в голову, потом — из земли в живот и из бесконечности сверху в голову одновременно. И после этого выдыхай из живота и из головы одновременно в середину грудной клетки. Есть?

Я кивнул, потому что восприятие внутреннего золотого яйца восстановилось. Однако по прошествии нескольких секунд яйцо вдруг окрасилось изумрудно-зеленым свечением.

— Оно стало зелёным… — сказал я.

— Не страшно. Просто теперь ты воспринимаешь его проекцию в плане, который «ближе» к физическому, чем тот, где оно было в начале. Продолжай дышать в том же ритме, накапливая силу улыбки в голове… При этом не упускай контролирующий ритм мантры. Когда голова заполнится ею до предела, позволь силе улыбки по позвоночнику течь в тело… Пусть в итоге все тело превратится в пространство ровного золотого света. Так… Все время возвращайся в голову за новыми порциями Силы. Теперь позволь Силе, заполняющей твоё тело, распространяться за его пределы сквозь всю его поверхность… Видишь, она не тает в бесконечности, а накапливается в пределах яйцеобразного поля вокруг тебя. Это — внешнее золотое яйцо. Ты уже не один раз сталкивался с ним в своём восприятии, верно? Не останавливайся даже тогда, когда плотность интегрального потока Силы в нем сравняется с плотностью интегрального потока Силы в теле. Ты чувствуешь, что промодулированная улыбкой и мантрой Сила, которая излучается из твоего тела, не выходит за пределы яйца, а накапливается в его оболочке, делая её все более и более плотной?

— Да. Но я больше не чувствую восходящего потока. Только то, что течёт сверху — этот поток начинается где-то не так уж далеко, а выше все пространство заполнено золотым сиянием. Как тогда, когда…

— Это — нормально, — не дал мне договорить Мастер Чу. — Когда-нибудь пространство золотого света само спустится к тебе, и необходимость формировать нисходящий поток для того, чтобы подключиться к его силе, отпадёт. Ты всегда будешь находиться в этом пространстве, ты сам станешь светом. Вернее, ты обнаружишь, что любой из нас всегда есть свет. Все мы всегда — свет, просто в своём обычном состоянии мы этого не знаем… А сейчас продолжай накапливать Силу нисходящего потока в своём теле и в пространстве вокруг него. Она не выйдет за пределы золотого яйца до тех пор, пока ты не прикажешь ей это сделать.

— Как прикажу — словами?

— Нет, волевым импульсом. Сделай это — распространи силу своей улыбки на весь Мир. Не бойся, ничего плохого из этого не получится. Мир сторицей возвращает все то, что мы Ему отдаем, если мы делаем это без задних мыслей, от всей души…

Ещё некоторое время мы шли молча. Я наблюдал за тем, как золотой свет сочится сквозь оболочку моего золотого яйца и, смешиваясь с горячим светом солнца, мягкими волнами растворяется в бескрайности все более и более раскалявшейся степи. Потом золотое яйцо, окружавшее мое тело, стало золотисто-фиолетовым и схлопнулось внутрь, заняв объём, ограниченный внутренним — изумрудно-зелёным — световым яйцом. Спустя неуловимое мгновение внутреннее яйцо с мягким неслышным хлопком расширилось, захватив область пространства, который ранее был занят большим — золотисто-фиолетовым яйцом. Потом они снова поменялись местами, как бы втекая друг в друга и друг из друга вытекая. Я продолжал шагать, наблюдая за тем, как мои внешнее и внутреннее световые тела со все нараставшим энтузиазмом затевали самую настоящую чехарду.

Вдруг Мастер Чу резко и очень жёстко произнёс:

— Стоп!

Я застыл на месте.

Я был самим собой, в своём обычном теле — никаких свечений, никаких «навесных» и «встроенных» конструкций — только я и белая дорога, дугой уходящая за горизонт. И Мастер Чу, сверкающий бритым черепом в лучах южного солнца.

— Приёмом, который я только что тебе продемонстрировал, — сказал он, — ты сможешь воспользоваться всегда, когда тебе понадобится избавиться от любых негативных качеств или устранить нежелательные последствия каких-либо чересчур напряженных практик, не теряя при этом энергии. Никаких противопоказаний нет. Если совмещать мантру с улыбкой — слишком сложно, можно пользоваться чем-то одним — по выбору. С мантрой легче работать, улыбка несколько более эффективна. Что же касается алгоритма — тут все яснее ясного: достаточно просто прогуляться и ритмично подышать… Вопросы есть?

Вопросов у меня не было.

— Ну что ж, тогда идём завтракать, — сказал Мастер Чу.

— А тренировка?

— Тебе мало?

— Но мы просто шли по степи…

— Ну и прекрасно… Прогулка по утренней… впрочем, не такой уж утренней… степи — чем не тренировка?